Северный Вьетнам: туманы Сапы и бухта Халонг.

Минут двадцать за завтраком: кто что видел ночью. Разбираем пару снов. Сонник не открываем и «к деньгам» не толкуем, смотрим, про что этот сон самому человеку и что он в нём узнаёт.

В первый вечер каждый формулирует вопрос, который привёз с собой, и задаёт его Книге Перемен. Гексаграмму записываем и подробно пока не разбираем: пусть поездит с нами. В последний вечер достаём её снова и смотрим, что стало с вопросом за эти дни.

В каждом дне есть одно место, где мы останавливаемся надолго. Пятнадцать минут молчим, потом я играю на диджериду. В действующих храмах только молчание: играть там без спроса значило бы не уважать хозяев.

За поездку можно один раз поговорить со мной один на один, по желанию. Садимся где-нибудь в стороне, ты рассказываешь, что тебя сейчас занимает, я слушаю и спрашиваю. Я ничего не лечу и диагнозов не ставлю, это просто разговор.

На вечерний разговор можно не приходить, сны можно не рассказывать. Кому хочется просто гор, пещер и залива, тот получает горы, пещеры и залив.

Встречаемся в отеле в Старом квартале. Бросаем вещи, смываем перелёт и выходим в город.

Ханой громкий. Мопеды идут сплошной рекой, и переходить улицу здесь надо медленно и ровно, не останавливаясь и не бегая: тебя объедут. Первые полчаса страшно, потом привыкаешь.

Идём к озеру Хоанкьем, в переводе озеру Возвращённого меча. В XV веке рыбак вытащил из воды клинок, и с этим мечом Ле Лой выгнал из страны китайскую армию. Уже королём он катался по озеру, и из воды поднялась Золотая черепаха и попросила меч обратно. Ле Лой отдал, черепаха ушла с ним на дно. Самые настоящие черепахи жили в этом озере до недавнего времени: последняя умерла в 2016 году, и ханойцы восприняли это как дурной знак. Одну, огромную, выловленную в 1968-м, можно увидеть в храме Нгокшон на островке, куда ведёт красный мост. В храме чтут бога литературы и полководца Чан Хынг Дао. Здесь место силы дня, и здесь только молчание.

Дальше собор Святого Иосифа, мавзолей Хо Ши Мина, пагода на одном столбе. На улице Дьенбьенфу до сих пор стоит памятник Ленину, и меня это каждый раз веселит. По пути заходим к озеру Хыутьеп: посреди жилого квартала из воды торчат обломки американского бомбардировщика B-52, сбитого в декабре 1972 года.

Если пустят, заглядываем на Железнодорожную улицу, где поезд проходит в метре от столиков кафе. Власти то закрывают её, то снова открывают, так что тут как повезёт.

Ужинаем на улице, на маленьких пластиковых стульчиках, как едят сами ханойцы: фо, бунтя (свинина на гриле с лапшой и травами), жареные роллы. После ужина первый вечерний разговор, самый важный за поездку. Знакомимся, и каждый формулирует свой вопрос. Потом бросаем монеты и записываем гексаграмму: сегодня не интерпретируем, пусть вопрос настоится. На десерт кофе с желтком, взбитым в густой крем. Звучит странно, на вкус как тирамису.

Поздно вечером забираем вещи и садимся в ночной поезд до Лаокая. Купе на четверых, чистое бельё, кондиционер, розетки. Засыпаем под стук колёс.

Утром Лаокай, оттуда около часа серпантином вверх, в Сапу. Завтракаем и выходим на тропу вниз, в долину Мыонгхоа.

Тропа идёт через бамбук и рисовые террасы. Рядом обычно шагают женщины чёрных хмонгов в тёмно-синих костюмах и с корзинами за спиной; по-английски многие говорят бойко, научились у туристов. Буйволы, поросята, куры, подвесной мост над рекой.

Заходим к хмонгам посмотреть, как ткут и красят ткань индиго: руки у мастериц синие по локоть. Обедаем в деревенской столовой в Таване.

От Тавана ещё около двух километров пешком, и мы у древних камней. Их в долине больше ста пятидесяти. На валунах вырезаны линии, спирали, фигурки людей, дома на сваях, что-то вроде карт рисовых полей и знаки, похожие на письмена. Историки считают, что им около девятисот лет, но кто их резал и зачем, так никто и не выяснил. Здесь место силы дня и конец тропы. Садимся среди камней, молчим, и я играю на диджериду. Отсюда нас забирает машина и везёт обратно в Сапу. Душ, отдых, массаж для желающих (в Сапе он хороший и недорогой).

Вечером ночной рынок: шашлычки из свинины и буйволятины, печёная кукуруза и батат, горячее рисовое вино.

Утром едем к канатной дороге. Кабина за двадцать минут поднимает на Фансипан, 3143 метра, крышу Индокитая. От верхней станции к вершине ведут ступени мимо буддийских храмов и огромной статуи Будды. Наверху холодно, ветрено и почти всегда облака. Если повезёт, облака окажутся под ногами, и это лучший вид всей поездки. Если не повезёт, облако будет вокруг нас, и видно будет метра на три. Среди храмов только молчим.

Спускаемся, обедаем в городе. После обеда поднимаемся на гору Хам Ронг над Сапой, её название переводят как «Челюсть дракона»: камни, орхидеи и вид на всю долину. Место силы дня здесь, наверху. Молчим и смотрим, как облака ползут по склонам.

Ночуем в Сапе.

Около семи утра садимся в автобус с отдельными капсулами-кабинками и около шести-семи часов едем вниз, в Ниньбинь. Можно лежать, спать, смотреть в окно на горы, потом на равнину и рисовые поля.

После обеда заселяемся в гостиницу среди полей в Тамкоке. Отдыхаем и неспешно идём по деревням. По обочинам растёт стыдливая мимоза: трогаешь листья, и они тут же складываются. Трогают все, без исключения. Заходим в храм Тхайви, где чтят королей династии Чан.

К закату поднимаемся на Хангмуа, гору над пещерой Танцев. Королям Чан это место так нравилось, что они держали здесь танцовщиц, отсюда и название. Наверх ведут пятьсот каменных ступеней, по хребту лежит каменный дракон, а на соседней вершине стоит белая Гуаньинь, богиня милосердия. Сверху река петляет между скалами и полями. Здесь же место силы дня.

Вечером ужин. Ниньбинь славится козлятиной: её жарят с травами и едят с хрустящим поджаренным рисом.

Утром Транг Ан. Садимся в лодки, гребут местные женщины, а мы плывём по рекам, которые ныряют под скалы. Местами своды нависают так низко, что пригибаешься к коленям. По пути маленькие храмы на островках, одному из них около тысячи лет, пруды с лотосами и скалы в джунглях, отражённые в воде. Один из тех случаев, когда фото и описание слабее окружающей красоты.

Обедаем и идём в долину Ам Тиен: озеро посередине, скалы вокруг, старые постройки на берегу. Сюда приходят рисовать местные художники, и я их понимаю. Место силы дня здесь, у воды.

Дальше пешком в Хоалы. В X веке здесь стояла столица Вьетнама, от неё остались храмы королей Динь и Ле среди холмов.

Вечером ужин и разговор.

Утром автобус на побережье: около четырёх часов, последний отрезок на пароме, с палубы уже видны первые скалы в воде. Заселяемся на Катба, обедаем и идём на пляжи Катко. С первого пляжа на третий ведёт тропа над обрывом, вода внизу прозрачная. Купаемся.

Место силы дня на тропе над обрывом, на закате: море, скалы, первые огни лодок.

Вечером морепродукты: креветки, кальмары, рыба, жарим сами прямо за столом.

Утром национальный парк. Тропа идёт через джунгли, корни, лианы, и выводит на пик Нгулам, откуда видно весь остров и залив Лан Ха. Здесь место силы дня. Спускаемся и заходим в пещеру Чунгчанг: огромные залы и сталактиты причудливых форм. Если в пещере не будет других групп, сыграю и там: камень под землёй звучит совсем иначе.

После обеда свободно: пляж, массаж, сон.

Весь день на корабле, который мы берём только для себя. Плывём между островами: скалы поднимаются из зелёной воды, на вершинах джунгли, вокруг кружат птицы. Название соседнего Халонга переводится как «спустившийся дракон»: по легенде, драконы спустились сюда защищать страну от врагов и выплюнули жемчуг, из которого выросли эти острова.

В тихой бухте пересаживаемся в каяки и заплываем в лагуны через арки в скалах: снаружи море, а внутри озеро, закрытое скалами со всех сторон. Здесь место силы дня. Каяки стоят на воде, мы молчим, потом я играю с борта, и скалы возвращают звук со всех сторон. Обедаем на борту, дальше купаемся прямо с палубы. Для меня это одно из самых красивых мест на планете, а видел я их немало.

Вечером прощальный ужин и последний вечерний разговор. Достаём гексаграммы из первого вечера в Ханое и возвращаемся к своим вопросам: что сдвинулось за неделю, что стало понятнее, что приходило во снах.

Около 9:00 автобус в Ханой, приезжаем к 14–15 часам. Помогаем вызвать такси: кто улетает сегодня, едет в аэропорт Нойбай (рейсы лучше брать после 17–18 часов), кто остаётся, едет в город. Если нужно улететь утром, можно заказать отдельный трансфер за доплату: выезд с Катба около 5:00, в аэропорту к 10:00.

Прилетаем в Ханой, в аэропорт Нойбай. До Старого квартала такси через Grab, около 300–400 тысяч донгов, или автобус 86, около 40 тысяч.

Для россиян до 45 дней виза не нужна. Паспорт должен действовать ещё полгода после въезда.

Предоплата 20% переводом, она бронирует место в группе. Остаток отдаёте в день старта, в городе, откуда выходим. Заявки закрываются за 5 дней до выхода.

Если у вас поменяются обстоятельства и захотите отказаться от поездки, за 30 дней и более возвращаем полную сумму предоплаты. Менее чем за 30 дней за вычетом текущих расходов на подготовку тура.

В конце октября и в апреле в Ханое и на Катба тепло, днём 22–30 градусов. В Сапе заметно прохладнее, особенно вечером, а на вершине Фансипана бывает совсем зябко. Нужны флиска и ветровка, в горах почти всегда туман, дожди возможны.

До 3143 м (Фансипан). Консультация врача для людей с сердечно-сосудистыми или дыхательными проблемами. 

8–15 км в день, подъёмы до 500 метров, тропы грунтовые и каменистые, после дождя скользкие. Нужна удобная обувь с цепкой подошвой, палки по желанию. Один ночной переезд, в поезде.

Аптечка (пластыри, антисептик, обезболивающее, препараты от расстройства желудка и простуды). Нужна обычная медицинская страховка для выезда за рубеж. Ближайшие больницы - в Ханое и на Катба. 

Соблюдайте правила на тропах. Уважайте местные традиции (особенно в этнических деревнях Сапы).

Травмы коленей/голеностопа, сердечные или лёгочные болезни - проконсультируйтесь с врачом. Людям старше 65 лет нужна дополнительная подготовка. Дети с 8 лет, если уже ходили пешком.